Информация к новости
  • Просмотров: 475
  • Дата: 13-03-2017, 11:00
13-03-2017, 11:00

Смыслы феминистического движения, изменившие мир

Категория: Новости / Статьи


Смыслы феминистического движения, изменившие мир

Даешь равноправие!

 

Классический феминизм — политическое и интеллектуальное движение, связанное с борьбой женщин за равноправие во всех сферах. Первые феминистки апеллировали к либеральным лозунгам: все люди обладают равными правами вне зависимости от пола. Термин «феминизм» возникает в начале XIX века. Под ним в публицистике этой эпохи понимается совокупность качеств, присущих женщине: если специфические мужские черты — маскулинность, то «женственность» — это феминность. К концу XIX столетия в контексте суфражистского движения появляется слово «феминистка», изначально французское, которым называют активисток женского движения за равные избирательные права.

Первой феминисткой обычно называют англичанку Мэри Уолстонкрафт, жившую в конце XVIII столетия. В своем трактате «Защита прав женщины» она ставит вопросы, связанные с судьбой женщины: «насколько женщина отлична от мужчины, насколько справедливы обвинения женщины в недостатке у нее разума, как на роль женщины влияет материнство и домашний труд».

Главный лозунг Уолстонкрафт, вызвавший скандал, состоит в том, что женщина может самостоятельно распоряжаться своей судьбой. Когда мы читаем эти ранние тексты, привычный карикатурный образ феминисток рассыпается: они предлагают разностороннюю, часто ироническую и подчас неожиданную аргументацию. Например, в качестве возможной альтернативы замужества и перехода женщины «в собственность мужчины» обсуждается создание женских «светских монастырей».

Классик либеральной философии Джон Стюарт Милль в 1869 году опубликовал трактат «Подчиненность женщины» в защиту женских прав. Большинство мужчин, однако, были настроены резко против феминизма. Отчасти они просто не могли понять, чего хотят эти женщины. Один автор-мужчина даже заявил в ответ на публикацию трактата Уолстонкрафт, что требование защиты прав женщин столь же нелепо, как требование защиты прав домашних животных. В ответ на движение суфражисток было сформулировано и «классическое опровержение»: феминистками становятся только очень некрасивые женщины, которые не могут рассчитывать на то, чтобы найти себе достойного мужа. Суфражистки были очень мощным движением публичной политики в Великобритании и США: женщины объединились и добились желаемого. В 1920 году в США была принята 19-я поправка к Конституции, согласно которой пол не может быть препятствием для ограничения на участие в политической жизни и, в частности, на участие в выборах. После этого многим казалось, что феминизм закончился, потому что своей основной цели женщины достигли, а другие проблемы могут быть решены политиками, избранными женщинами на выборах.

 

Вторая волна феминизма и идеология женственности

 

Вторая волна феминизма возникает в 60-е годы XX века и представляет собой уже гораздо более сложное явление. Угнетение здесь уже не сводится к запрету женщинам участвовать в политической жизни. Оказалось, что политическое равенство не исключает угнетения в семье, угнетения на рабочем месте. Феминистки второй волны критикуют представление о том, что основным предназначением женщины является материнство, понятое как затворничество и отказ от карьеры, забота о доме. Они оспорили тезис о том, что женщины не должны стремиться к тому, чтобы проявлять себя за пределами этого «женского мира». О том, что якобы мужчина — природный экстраверт, женщина — природный интроверт, и это социальное разделение труда предопределено навсегда некими естественными правилами. Список тем, которые ассоциируются с феминизмом, в этот момент сильно расширяется: теперь это насилие — реальное, домашнее, символическое. Например, мальчикам говорят «не будь как девчонка», как будто быть девчонкой — это нечто оскорбительное. Критика навязанных гендерных ролей, неоплачиваемый домашний труд осознаются как социальная проблема. В целом речь идет о проблематизации фигуры женщины в культуре. Вторая волна не добилась реализации своих целей в полном объеме, проблемы, о которых писали феминистки 60-х годов, сохранились и в сегодняшнем мире.

Но в период второй волны происходит настоящая социальная революция: женщины на Западе массово выходят на рынок труда, что приводит и к резкому росту богатства общества, и к совершенно новому представлению о реальной гендерной политике. Феминиски «Первой волны» боролись за право на высшее образование, равные права на владение недвижимостью и за право голосования еще до Первой мировой войны.

Началом «Второй волны» часто считается выход в 1963 году бестселлера Бетти Фридан «Таинственная женственность», в котором идеология женственности противопоставлялась реалиям женской участи. В 1966 году Фридан основала Национальную организацию женщин, либеральную организацию женских прав, состоящую из женщин, ориентированных на карьеру, которые содействовали «привлечению женщин к полноправному участию в главном русле жизни американского общества». Она остается крупнейшей феминистической организацией США, однако ее призывы ограничиваются характером лоббистской группы и неофициального дополнения к Демократической партии. Другая, более радикальная струя современного феминизма выросла из американского «Движения за освобождение женщин» в конце 1960-х.

Молодые женщины восстали не только против пассивности и зависимости в своих отношениях, но и против мысли, что они должны выступать в роли сексуальных объектов, которых рассматривают чисто в сексуальном, а не человеческом аспекте и принуждают упаковывать и продавать себя как товар на рынке сексуальных услуг. Те самые стереотипы, которые выражают уверенность общества в биологической неполноценности женщин, вызывают образы, связанные с угнетением чернокожих. Природа женщин, как и рабов, описана как зависимая, неспособная мыслить

рационально, по-детски примитивная и теплая, измученная в роли матери и таинственная в роли сексуального партнера. В этой доброжелательной форме неполноценное положение женщин приводит к патриархату; в недоброжелательной форме — к домашней тирании, которая может быть немыслимо жестокой.

 

Радикальный феминизм и биологический детерминизм

 

Еще одной феминисткой, которая начала свою политическую карьеру в Движении за гражданские права, была Шуламит Файерстоун. В своей книге «Диалектика полов» (1970) она сделала попытку придать теоретическую основу радикальному феминизму, утверждая, что подчиненность женщин имеет биологическую, а не социальную или историческую основу. Половое разделение человечества на «два четких биологических класса» есть основа всех социальных разделений, — утверждает она.

«Сексуально-репродуктивная организация общества всегда представляет реальный источник, из которого мы можем получить окончательное объяснение целой надстройки экономических, правовых и политических заведений, а также религиозных, философских и других идей за данный исторический промежуток». Если в основе ущемления прав женщин лежит анатомия, рассуждает Файерстоун, тогда решением проблемы можно считать повышенный контроль над контрацепцией и, в конечном итоге, искусственное оплодотворение. Файерстоун утверждает, что ее анализ является материалистическим. Хотя она и предвидела историческое разрешение подавления женщин, решения, предложенные ею утопичны и абсолютно аполитичны. Ее книга все же осталась влиятельной, возможно потому, что она была одной из первых, кто принял убеждение, что биология — это залог логических объяснений.

Не присоединяясь к выводам Файерстоун, в «Манифесте Красных чулок» прослеживается то же утверждение, что женщины являются классом: «Женщины — это угнетенный класс… Субъектами нашего ущемления мы считаем мужчин. Мужское превосходство — это самая древняя, можно сказать, базовая форма доминирования. Все другие формы эксплуатации и ущемления (расизм, капитализм, империализм) — это проявление мужского превосходства: мужчины доминируют над женщинами; несколько мужчин доминируют над всеми остальными.

Все органы власти, известные истории, доминируются и ориентированы на мужчин. Мужчины контролируют все политические, экономические и культурные заведения, подкрепляя этот контроль физической силой. Они использовали свою силу, чтобы удерживать женщин в более низком положении. Все мужчины получают экономическую, сексуальную и психологическую выгоду от их превосходства. Все мужчины подавляли женщин… Нас не интересует, что такое «революционный» или «реформистский», однако только то, что является добром для женщин». Утверждения радикальных феминисток переплетаются с утверждениями самых реакционных социобиологов, которые заявляют, что социальное неравенство находится «в наших генах», и поэтому попытки бороться с этим — напрасны. Радикальные феминистки часто выступают за сепаризм, а некоторые заходят так далеко, что утверждают, что на женщин, которые спят с «врагами», следует смотреть с подозрением.

В работе «Лесбийская нация: феминистическое решение» (1973) Джил Джонсон утверждает, что: «Сексуальное удовлетворение женщины без участия мужчины — это то, без чего невозможна феминистическая революция… Пока все женщины не станут лесбиянками, не будет истинной политической революции».

 

Третья волна феминизма и новая философия

 

Третья волна феминизма, начало которой связывают с 90-ми годами XX века, представляет собой попытку применить к гендерным исследованиям актуальные философские идеи, в первую очередь идеи постструктурализма, а также постколониальную теорию. Дискуссия здесь строится в основном вокруг понятия идентичности. В целом на этом этапе уже довольно трудно говорить о некотором теоретическом единстве идей феминизма. Ключевая тема для феминисток третьей волны — осознание, что на самом деле вопрос не сводится к тому, что есть женщины, а есть — мужчины. Вопрос сводится к попытке понять, как именно эти гендерные роли, мужская и женская, конструируются, как мы становимся мужчинами и женщинами.

Что заставляет нас быть мужчиной или женщиной? Здесь же возникает вопрос о том, что могут существовать и другие гендерные роли. Исследованием множества гендерных идентичностей занимается квир-теория. Её сторонники полагают, что гендер и сексуальная ориентация индивида не только и не столько предопределяются его биологическим полом, сколько социокультурным окружением и условиями личного воспитания.

Квир-теория оформилась в 1990-е годы в США на базе сочинений французского мыслителя Мишеля Фуко. В третьей волне особенно выделяется движение Riot Grrrl, выстроенное вокруг эстетики не только освобожденной, но и наделенной властью женщины, которая способна быть самодостаточной, талантливой, лидирующей в социальном мире — и в этом смысле превосходящей мужчин. Они вернули в обиход агрессивный макияж и высокие каблуки, которые еще недавно считались классическим символом угнетения со стороны мужчины. Феминизм третьей волны стремится к свободе в том числе от тех ограничений, которые были навязаны старым феминизмом. Хронологию волн феминизма имеет смысл дополнить представлением об идеологической структуре движения. Либеральный феминизм предполагает, что феминизм — это, в первую очередь, история о равенстве прав мужчин и женщин. Как только мы гарантируем формальное и содержательное равенство прав, мы можем считать, что так же, как мы когда-то решили вопрос с расизмом, мы решили вопрос и с гендерным неравенством.

 

Либеральный феминизм и политкорректность

 

Либеральный феминизм — это мейнстрим, и в западном мире большие политические партии ориентированы именно на него. Западная политкорректность в отношении женщин — это также, в первую очередь, продукт либерализма. Вторая разновидность — это марксистский феминизм. Марксистский феминизм предполагает, что угнетение женщин — это частный случай капиталистического и классового угнетения. Иными словами, в экономике существует эксплуатация наемных работников, и женщины — это один из видов людей, которых эксплуатируют. Так же как в XIX столетии и позже эксплуатировали рабочих, так и женщин заставляют работать на мужчин.

Марксистский феминизм интересен тем, что в качестве своей центральной темы вводит проблему неоплачиваемого, бесплатного домашнего труда. Есть ученые-марксисты, которые утверждают, что основа мировой экономики — это труд домохозяек, который никак не оценивается, но при этом вносит ключевой вклад в наше благосостояние. В марксистский феминизм внес большой вклад СССР: правительство большевиков в начале 1920-х годов стало самым прогрессивным правительством в мире с точки зрения гендерного равенства: было гарантировано формальное политическое равенство, формальное избирательное равенство, женщин учили грамоте, пытались освободить от «кухонного рабства» через открытие централизованных пролетарских столовых. Самая известная защитница прав женщин среди большевиков — «валькирия революции», народный комиссар Александра Коллонтай.

 

Радикальный феминизм и лесбийский сепаризм

 

Радикальный феминизм, третий тип феминистических теорий, предполагает, что всего этого недостаточно, потому что мужчины в любом случае заинтересованы в сохранении режима патриархата. Патриархат — принцип культурного, политического и экономического доминирования мужчин. В патриархате мужчина — добытчик, мужчина — это тот, кто делает, а женщина — та, кто ждет, женщина — бесплатная бытовая и сексуальная прислуга.

В случае с радикальным феминизмом мы имеем теорию, которая предполагает, что на самом деле все старые термины политической философии были придуманы мужчинами, они не схватывают самого главного. Что проблема не в эксплуатации, не в наличии классов, не в буржуазии, не в государстве, проблема в том, что существует режим патриархального правления, и частным случаем угнетения является угнетение одних мужчин другими, в то время как фундаментальным институтом угнетения является именно гендерное.

Сила и одновременно слабость радикального феминизма заключается в том, что в каком-то смысле слова феминистки выступают против не только различных отсталых форм социального устройства, но и против нынешней либеральной демократии западного типа. Из многочисленных идей радикального феминизма стоит упомянуть «лесбийский сепаризм». Она состоит в том, что женщины вообще не должны вступать в сексуальные отношения с мужчинами, потому что любая форма сексуальных отношений с мужчиной так или иначе становится продолжением многовековой традиции угнетения. Ритуалы романтической влюбленности, например, не более чем форма покупки женского тела и контроля над женскими эмоциями.

 

«Культурный феминизм» и отрицание политики

 

Многие феминистки пытались избежать сексизма путем создания женской контркультуры, которая включала бы театр, музыку, «хесторию» (англ. herstory, от history, «история», где первые три буквы — his — означают местоимение мужского рода «его») и литературу. Развитие «культурного феминизма» в конце 1970-х отражалось в растущей популярности писателей, которые подчеркивали контраст между предположительно женскими чертами, такими как заботливость, участливость, эмоциональная теплота и «мужскими» — жадностью, агрессией, эгоистичностью и похотью. В отличие от Движения за освобождение женщин в 1960-х годах, которое впервые перенесло многие детали угнетения женщин из личной в общественную сферу, проповедницы культурного феминизма 1990-х обращались к «Богине» с просьбой изменить традиционные понятия женской сущности, что в данном случае равносильно просьбе «выделить больше полномочий».

В 1970-х годах ведущий журнал американского женского движения издал специальный выпуск «Женщины в контексте истории», на первой странице которого провозглашалось: «У нас украли нашу историю. Наши героини умерли при родах, от перитонита, переработки, угнетения, от скрытой ярости. Наших гениев никогда не учили читать и писать». Современные «хесторики», такие как Дейл Спендер, отрицают это и утверждают, что историки-мужчины просто вычеркнули из истории многих женщин-писательниц, художниц, ученых и философов: «Мы утверждаем, что причина отсутствия женщин в исторических сведениях кроется не в женщинах, которые якобы не делали значительных вкладов, а в мужчинах, которые фальсифицировали данные, а это существенно меняет реальную ситуацию».

В то время как изучение вклада женщин в историю может вдохновить борющихся сегодня, попытки скрасить ужасную правду могут притупить необходимость стимулировать увековечивание угнетения женщин. Отослать женщин в «частную» сферу работы по дому означало, за исключением редких случаев, не дать им возможности в свое время быть ведущими участниками истории. Акцентуация внимания на исключении женщин из учебников по истории приводит только к недооценке величины обиды. Культурные феминистки подчеркивают свое невмешательство в политику, так как, по их словам, это предполагает вхождение в мужскую сферу. Сама концепция угнетения, так же как и необходимость борьбы с ней, характеризуются как «мужские» понятия, за пределы которых нужно выйти.

«Цель не в том, чтобы спасти общество или сосредоточиться на бегстве, что уже в прошлом, а высвободить в себе Весну… Если нас не доставать, мы найдем согласие с собой, услышим собственную гармонию, гармонию сфер».

По мере того, как материальный прогресс женщин постепенно заглох, пассивные и воздерживающиеся от политики феминистки начали обещать спасение в каком-то другом мире, не том, где есть место страданиям. В этом есть своя логика, поскольку угнетение происходит от вечного и неизменного конфликта между природой полов, вряд ли можно ожидать каких-либо изменений в будущем, что бы вы ни делали.

Поэтому вместо того, чтобы пытаться трансформировать заведения и социальные отношения, феминистки «нью эйдж» призывают женщин отправиться в собственное путешествие во внутренний мир. Мери Дели советует, что путь к психическому насыщению можно найти через обсуждение с другими женщинами на языке, где нет извращенного мужского подтекста: «Уничтожение оков и преград фаллократии требует прорыва к сверкающей силе слов, поэтому, высвобождая слова, мы высвобождаем самих себя».

 

Освободились ли женщины?

 

Несмотря на косность общественного восприятия мужского и женского в нашей культуре, эти понятия опираются на древние поведенческие архетипы, тем не менее, отношение к женщине за последние сто лет категорически изменилось.

И не зря, Восьмое марта из феминистического, протестного праздника в народном восприятии стало праздником женственности и весны. Феминистки отвергали женственность, но не смогли ее поколебать. Женственность это та мягкая сила, которая повелевает в патриархальном мире. Природа сделала мужчин и женщин разными, и одинаково плохо воспринимается женственный мужчина и мужеподобная женщина: каждому полу свое.

Так в чем же тогда свобода женщины? А свобода в устремлениях! Женщина не должна ограничиваться обществом в поле стремлений к самореализации только потому, что она женщина. Для женщины невозможно достичь свободы в одиночку. Мне кажется, что эгоистический подход к вопросу освобождения женщины разрушителен и не может принести счастья.

Человечество бессмертный живой организм, состоящий из смертных мужчин и женщин. Здесь важна гармония: нельзя допускать эгоистического доминирования какого-то одного из полов, как и нельзя отрекаться от своего природного назначения, фальшиво именовать себя «оно», предавая природную суть.

Свобода в гармонии и в наших силах ее создать.

С праздником, девочки!

Галерея

prev

Смыслы феминистического движения, изменившие мир

Смыслы феминистического движения, изменившие мир
Смыслы феминистического движения, изменившие мир
Смыслы феминистического движения, изменившие мир
Смыслы феминистического движения, изменившие мир
Смыслы феминистического движения, изменившие мир
Смыслы феминистического движения, изменившие мир
Смыслы феминистического движения, изменившие мир
Смыслы феминистического движения, изменившие мир
Смыслы феминистического движения, изменившие мир
Смыслы феминистического движения, изменившие мир
Смыслы феминистического движения, изменившие мир
Смыслы феминистического движения, изменившие мир
Смыслы феминистического движения, изменившие мир

next
и ещё фотографии ›


Если вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.
Loading...


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.