Информация к новости
  • Просмотров: 1389
  • Дата: 7-05-2017, 13:00
7-05-2017, 13:00

Может ли демократия быть либеральной? Обновлено (ВИДЕО)

Категория: Новости / Статьи


Может ли демократия быть либеральной? Обновлено (ВИДЕО)

 В конце марта этого года запахло Майданом в братской Беларуси, а также во многих городах РФ. Говорят, в Беларуси – «Картофельная революция». В крупных российских городах прошли массовые выступления под руководством Навального против коррупции Дмитрия Медведева. Минск оцеплен спецназом, как Киев три года назад. Сценарий тот же, что и у нас: сначала бьют студентов («они же дети»), потом … вы сами знаете что (вспомним оба украинских Майдана, «Арабскую весну», Революцию роз в Грузии и т.д.).

Беларусь не имеет дело с МВФ, не берет кредиты и не залезает в долговую яму – рабство у мировой финансовой элиты, обеспечивает всем себя сама, заводы исправно работают, социалка – на самом высоком уровне в постсоветском пространстве. Как же такое можно стерпеть? «Снести диктатора!», – решили в глобальных центрах принятия решений. Но рассмотрим подробнее данное явление в идеологической плоскости. То, за что выступают протестующие демонстранты – это пресловутая ДЕМОКРАТИЯ в ее западной либеральной версии. Что же это такое: демократия?

 

Миф либеральной демократии

Нам постоянно говорят, что демократия – это хорошо, это лучшая форма власти, нужно защищать демократические ценности и так далее, и тому подобное. А что есть демократия? Словари дают такое определение: Демократия (греч. dеmokratia, буквально – народовластие, от dеmos – народ и kratos – власть) – форма политической организации общества, основанная на признании народа в качестве источника власти, на его праве участвовать в решении государственных дел и наделении граждан достаточно широким кругом прав и свобод. Демократия – политический режим, в основе которого лежит метод коллективного принятия решений с равным воздействием участников на исход процесса или на его существенные стадии. Красивые определения, правда? Но эти красивые определения – не больше, чем наживка, на которую элита ловит народ. Народ, соблазнившись красивыми словами о демократических ценностях, о гражданском обществе, о народовластии, о том, что он будет участвовать в принятии решений, а управлять государством будут его представители, подобно рыбе оказывается на крючке.

Потому что демократия – это не более, чем красивый миф о некотором «сферическом народе в вакууме», который коллективно, через своих представителей, выбранных демократическим путем, управляет таким же «сферическим государством». Не существует ни такого народа, ни такого государства. Во всяком случае, в странах с многомиллионным населением ничего подобного нет. Настоящая демократия, соответствующая определению, может существовать только в маленьких поселках, где каждый знает каждого и поэтому может сделать выбор, основанный на реальной информации о личности кандидатов (как это до сих пор имеет место в некоторых кантонах Швейцарии).

И коллективная ответственность в маленьких поселках тоже существует, потому что результаты принятого решения каждый может ощутить на себе, т.к существуют обратные связи. Как только население становится достаточно большим – народ начинает узнавать о личных качествах кандидатов через средства агитации и пропаганды. Точно так же, через средства агитации и пропаганды (именуемые для приличия средствами массовой информации) народ узнает о состоянии дел. Но самое главное – народ теряет возможность выбирать тех, кого хочет: он начинает выбирать тех, кого ему предлагают. В большой стране или даже в городе – миллионнике народ даже не узнает, что кто-то другой мог бы лучше управлять и принимать более правильные решения. Народу никогда не покажут всех, кто мог бы управлять им – это сложно чисто технически, но главное – это противоречит интересам элиты. Большая демократия – это когда народ выбирает только тех, кого предлагает ему элита, а элита предлагает народу только выгодный для себя набор кандидатов. Все присутствующие в бюллетенях так или иначе соответствуют интересам олигархической элиты. Кто-то нужен для создания иллюзии выбора, а кто-то просто не представляет реальной силы и поэтому может сколько угодно выставлять свою кандидатуру, получая ничего не значащий процент голосов. В большой демократии политическое меню, которым является избирательный бюллетень, составляется таким образом, чтобы абсолютное большинство избирателей, приходящих на выборы, голосовало определенным, заранее просчитанным образом. Результат же – всегда предопределен.

 

Либеральная демократия и Дед Мороз

В сознании сегодняшнего обывателя уже давно отождествились эти шаблоны-стереотипы: «демократия» как представительское правление – это «свобода» (liberty). Само собой разумеющимся является факт, что демократия – высшая, так называемая «европейская ценность», привнесенная либерализмом, хотя многие забывают, что демократии часто бывают и нелиберальными. Либерализм за последние 50 лет стал доминирующей идеологией в глобальном масштабе. Однако мало кто задавался вопросом, имеющим сегодня чуть ли не святотатственный, кощунственный характер: так ли уж хороша демократия, если разобраться? Все знают, что демократия – самое справедливое политическое устройство. Но Уинстон Черчилль назвал демократию худшей из форм правления. Платон ненавидел ее и считал демократию властью черни. Известный левый философ Славой Жижек говорил: «Демократия – это как вера в Деда Мороза. Родители верят в него из-за детей, но если спросить детей, то они верят в него ради родителей». Словом, демократия – чистейшая ритуалистика, в которой осталась одна лишь мертвая форма, из которой давно улетучилось содержание.

Сегодня все в один голос говорят о кризисе представительской демократии как основного подспорья гражданского общества. Международная правозащитная организация «FREEDOM HOUSE» заявила в своем докладе об «отливе демократии во всем мире». Избранные демократически, народные избранники, за редким исключением, забывают интересы тех, кто их выбрал и зачем, и используют открывшиеся благодаря мандату возможности для обслуживания своих олигархических бизнес-интересов.

 

Природа либеральной демократии

В ХХІ веке вроде бы идеологически неприлично замахиваться на демократию. Можно говорить о «неполноценной демократии», «суверенной демократии», «либеральной демократии». Можно оценивать достоинства и недостатки конкретных общественных проявлений или работы конкретных государственных институтов. Но сама «либеральная демократия» это как «священная корова» западно-либеральной идеологии, на которую нельзя покушаться: это считается не политкорректным. В каком-то смысле это вроде бы оправдано: ни одной успешной диктатуры или империи в современном мире нет. Те, что есть, настолько уродливы, что нетрудно поверить в справедливость этого лозунга. Тем более, что ярлык «настоящая демократия» повесили на себя все наиболее продвинутые в экономическом смысле страны. Их так и называют: «страны западной демократии». Еще интереснее, когда понятие «демократия» подменяется понятием «либерализм». Притом, что это различные идеологии.

В соответствии с устоявшимися идеологическими клише демократия – это торжество закона, а либерализм – примат пресловутых прав человека, личности над правом Государства, например на легитимное насилие. Хотя на практике они выступают разными гранями одной и той же системы, не имеющей ни к тому, ни к другому понятию никакого отношения. Демократия, как следует из названия, «власть народа», который через систему избирательных процедур формирует себе органы государственного управления. Ну, а если что-то разонравилось, то через те же самые процедуры способен эти органы поменять. Но все это касается исключительно теории и философии, которые, как известно, склонны преувеличивать достоинства и преуменьшать заложенные в систему дефекты. А дефекты эти есть, хоть и не сразу бросаются в глаза. Во-первых, принципы выбора. В теории все граждане равны между собой и при этом все одновременно являются сознательными членами общества, отлично понимая свои долгосрочные интересы. На практике же все далеко не так. До 85%-90% населения вообще не интересуются ничем, кроме собственных частных проблем, и обращают внимание на более глобальные вещи только в случае непосредственной угрозы личным интересам. Это результат запущенной психоустановки на тотальную апатию населения в 1960-х годах.

В результате фактически власть и направление развития страны определяет активное меньшинство, интересы которого не соответствуют долгосрочным интересам пассивного большинства. В то же время без этого пассивного большинства, массовки великого спектакля демократии, совсем не обойтись, выборные процедуры требуют его активного участия в процессе, или, как минимум, имитации такой активности. Понимая эту проблему еще с древних времен, политически активное меньшинство придумало выход из ситуации: создало целую прослойку «назначенных функционеров», названных для красоты политиками, единственной задачей которых стало объяснение пассивному большинству интересов активного меньшинства такими словами, чтобы это воспринималось как его (большинства) собственные интересы. Во-вторых, возможности, чисто теоретически, у всех граждан демократического государства – равные. Но это теоретически. А практически у кого-то (уже находящегося у власти) есть административный ресурс. У кого-то есть финансовый ресурс. У кого-то есть родственные или клановые связи. А еще у кого-то есть силовой ресурс. И если по своей численности эти «кто-то» все вместе могут составлять единицы процентов или даже доли одного процента, то их совокупный ресурс приближается к 100%.

В информационно-цифровую эпоху фальсифицировать демократические процедуры и манипулировать общественным мнением еще легче. Это, в свою очередь, означает, что в любом демократическом обществе власть неизбежно концентрируется в руках меньшинства, которое совершенно не готово ею делиться или ее отдавать, когда наступает срок. Но показная стабильность власти, озабоченной исключительно своими частными интересами, на фоне хронически нерешаемых проблем большинства неизбежно вызывает все более усиливающийся ропот народных масс, как это мы видели на этой неделе.

Если довести ситуацию до кипения, то неизбежен социальный взрыв, революция и смена элит. Чтоб этого не происходило, умные люди давно нашли решение проблемы. Истинные властители Общества, сконцентрировав еще на ранних стадиях в своих руках большую часть национальных богатств, поставили на выборные места вместо себя марионеток. А для большей достоверности и конкурентности создали целые противоборствующие кланы марионеток. Кланы эти назвали политическими партиями. В  борьбе за номинальную власть и долю «с барского стола» олигархов, кланы совершенно искренне «мочат друг друга в сортире». На потеху и радость околпаченных «зрителей». Но работают на одного хозяина, как куклы в уличном кукольном театре, они одеты на руки одного и того же человека.

Законы не могут быть внешне несправедливыми. Разумеется, что-то можно подкорректировать различными подзаконными актами, ссылаясь на вопросы национальной безопасности. Но сами законы должны декларировать равенство всех. С другой стороны, дорвавшиеся до номинальной власти «птицы-болтуны» сразу почувствовали себя «главными на болоте». Пришлось в течение пары поколений проводить селективную работу, объясняя особо зарвавшимся, что их положение не вечно и вести себя требуется скромнее. А в качестве компенсации «политикам» были предложены «качели», устроившие всех – срок в политике, затем срок в бизнесе, дающий возможность на «крутых» должностях легализовывать «нажитые непосильным трудом» капиталы.

Завершающим этапом создания современной системы государственного управления по недоразумению названной «демократией» стала проработка либеральной идеологии. Это прямое противопоставление личных интересов отдельных особей правилам общежития всего общества. При всей своей антиобщественной сущности либерализм играет в современной государственной системе огромную роль. Во-первых, он постоянно будоражит общество и не дает ему «уставать» от стабильно функционирующей государственной машины. Во-вторых, либерализм является великолепной «плеткой» для любого политика, захотевшего выпрыгнуть «за флажки». В-третьих, он превосходная мина под любое внешнее общество, способное стать недружественным. Примерно так, как это происходит в современных России и Китае. То есть либерализм выполняет ту функцию, которую по идее должна была бы выполнять активная часть населения, не входящая в официальную политическую элиту.

Только тихо: никто не должен догадаться как функционирует на практике современная «демократическая» система. Типичным примером которой являются США. Есть две партии – выбор без выбора. Никакой аутсайдер не может пробиться в эту замкнутую систему. Процесс стоит слишком дорого, а весь бизнес, который теоретически мог бы предоставить такие средства, давно повязан с одной из двух главных «партийных сил». Есть власть реальная. Есть система противоборствующих и попеременно сменяющих друг друга политических кланов. И есть народ, к которому все это не имеет никакого отношения. Разрабатывая принципиально новую систему государственного устройства общества, необходимо учитывать все эти «особенности» «современной демократии», чтобы в будущем уже не наступать на одни и те же грабли.

 

«Великая ложь нашего времени»

«Что основано на лжи, не может быть право. Учреждение, основанное на ложном начале, не может быть иным, как лживое. Вот истина, которая оправдывается горьким опытом веков и поколений. Одно из самых лживых политических начал есть начало народовластия, та, к сожалению, утвердившаяся со времени Великой французской революции идея, что всякая власть исходит от народа и имеет основание в воле народной. Отсюда истекает теория парламентаризма, которая до сих пор вводит в заблуждение массу так называемой интеллигенции и проникла, к несчастью, в наши безумные головы. Она продолжает ещё держаться в умах с упорством узкого фанатизма, хотя ложь её, с каждым днём, изобличается всё явственнее перед целым миром», – писал великий российский политический деятель ХІХ в. Константин Победоносцев в работе «Великая ложь нашего времени».

Демократия мыслилась изначально как реальный механизм учета воли большинства, т.е. как социальный лифт, по которому через политическое представительство и всеобщие выборы позиция большинства могла бы быть донесена до тех, кто реально принимает решения во имя формирования общественного консенсуса, так называемого «общего блага», которое сможет учесть интересы всех граждан. Если этот механизм когда-то и работал реально, то только в XVII-XVIII вв., когда либералы свято блюли этот принцип. Против этого допущения говорят многочисленные исторические факты. Идеи либерализма создавались в Англии, где после бурных событий, связанных с Великой Английской революцией и диктатурой Кромвеля, власть предержащие смекнули, как держать в узде народ, создавая видимость самого справедливого и прогрессивного строя на свете.

Приведем пример. Существует два английских языка: один – для простых людей, где слова состоят не больше, чем из трех букв (cat, hat, dog) и язык образованной элиты, где преобладают длинные слова, заимствованные из латинского языка (revolution, destruction). Люди из простого сословия вследствие языкового барьера никогда не смогут получить высшее образование в престижных английских университетах, если их с детства не обучали говорить на языке элиты, да еще и с правильным (например, оксфордским) акцентом. Целая система социальных фильтров, стоящая между простыми гражданами и элитой, членами известных семей, возведена с той целью, чтобы в Англии никогда не были возможны те события, которые мы знаем под названием Великой Английской революции. Отсюда – либерализм, сладкая и убаюкивающая сказочка, идеологически обеспечивающий и увековечивающий факт господства элиты над массой. В этом суть западного образования. В миф о социальной справедливости верит даже самый последний беззубый старик-дворник, пьяница и прощелыга: он знает, что живет в самом лучшем из возможных обществ на планете. С самого рождения промывая мозги своим гражданам, власть придержащие держат их через эти идеологические мифы в полном культурно-интеллектуальном рабстве, не позволяя им даже на мгновение усомниться в навязанной элитой смысловой Матрице, которая превратилась в их внутренние убеждения.

Сегодня с нами в этой стране делают тоже самое: олигархичекие СМИ, по прямой указке Запада, промывают мозги своей либерастической пропагандой, втирая нам ложные представления о нас самих. Культурная удавка – абсолютно неадекватная картина мира либеральной демократии, как мощнейший психовирус наших дней, повис над каждым из нас. Оставаясь просто лозунгом, либеральная демократия стала символом веры тех, кто под шумок провозглашаемых лозунгов прибрал к своим рукам все национальные богатства и еще законодательно это закрепил, навсегда увековечив свой доминирующий эксплуататорский статус.

Поддадимся ли мы на эту самую известную разводку Ротшильдов? Дизраэли говорил, что тайные сообщества правят миром. Демократия стала формой религиозного культа, за спиной которого стоят представители мировых тайных лож, затягивающих идеологическую веревку на шее человечества.



Если вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.
Loading...


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.