Информация к новости
  • Просмотров: 521
  • Дата: 14-05-2018, 18:30
14-05-2018, 18:30

Существует ли сегодня «сетевой капитализм»? ВИДЕО

Категория: Новости / Статьи


Марк Цукерберг, выступая в сенате США, заявил, что до конца года соцсеть Facebook наймет более 20 тысяч человек, которые будут следить за сохранностью контента пользователей. Цукерберг уже дал показания в палате представителей конгресса. В своей речи он извинился, что компания сделала недостаточно, чтобы предотвратить утечку персональных данных и защитить пользователей. Цукерберг представляет собой символ той «информационнальной эпохи», о котором писал в свое время всемирно известный социолог Мануэл Кастельс. Продолжает ли существовать капитализм в эту эпоху? Существует ли сегодня «сетевой капитализм»?

 

«Информациональная эра» Мануэля Кастельса

В 1998 г. вышла книга «Информационная эра» Мануэля Кастельса, в которой он описал первые контуры сетевого общества. Главной его чертой является доминирование сетей, связывающих между собой людей и институты. Кастельс писал об информационном способе развития, связанного с ростом информационно-коммуникационных технологий (ИКТ). Мы вошли в новую эпоху сетевого общества, которое возникло из сращения капитализма и «информационной революции». Кастельс проводит различие между тем, что он называет информациональным способом развития и капиталистическим способом производства. Капиталистический способ производства связан с рыночной экономикой, производством ради прибыли, частной собственностью и т.п. Индустриализм был одним способом развития, теперь же мы имеем дело с информациональным способом развития, когда «воздействие знания на знание само по себе становится главным источником производительности». Кастельс полагает, что историческое совпадение кризиса капитализма в 1970-х годах и «информационной революции» породило современный информациональный капитализм. Реальным двигателем перемен стала «технологическая революция, построенная на информационных технологиях, которые в ускоряющемся темпе трансформируют материальную основу общества». Кастельс писал, что «информациональная технологическая революция становится фундаментом, на котором строится здание сетевого общества».

 

«Постиндустриальное общество» Д.Белла

В 1974г. Дэниел Белл создал концепцию постиндустриального общества, позже названного им информационным. В своей книге «Надвигающееся постиндустриальное общество» Д.Белл выдвинул тезис о рождающемся «информационном веке» построенном на положении о том, что техника и технология производства стали важнее, нежели определенная социальная система, которая выросла из них. Белл доказывает, что перемены шли от сельского хозяйства к индустриализму и постиндустриализму, высшей стадией которого становится информационное общество. «Производительные силы и технология заменяют социальные отношения и собственность как основную ось общества». Классовая борьба «производственных отношений» становится менее значимой, чем призыв к эффективности, особенно проявляющейся в технологических инновациях. Белл исходит из принципа технологического детерминизма, поскольку, по его мнению, именно это и лежит в основе всей социальной и политической жизни. Белл приходит к выводу, что крупнейшие исторические сдвиги происходили в период смены доиндустриализма индустриализмом и позже – постиндустриализмом, причем каждая фаза отмечалась техническими усовершенствованиями, которые вызывали огромное повышение производительности.

 

Сетевое общество и корпоративный капитализм

Кастельс полностью согласен с Беллом: изменились организационные формы, связанные с глобальной интеграцией, основывающейся на сетевом распространении, что привело к дебюрократизации. Резкий и необратимый рост транснациональных корпораций после Второй мировой войны тесно увязывается с распространением информационных сетей, которые и создавались по заказу этих больших корпоративных клиентов. Даже в гигантских транснациональных корпорациях бюрократия уступает место» информационным работникам, которые оперируют в сетях, заключая сделки по всему миру, работают над каким-то проектом и находят рыночные ниши и которые больше связаны с себе подобными, чем с той компанией, где они работают на временной основе. Транснациональные корпорации должны настолько вертикально дезинтегрироваться, чтобы трансформироваться в «горизонтальные корпорации». Поскольку в сетевом обществе все зависит от быстроты ответа на запросы глобального рынка и адаптивности, значит, сети в нем важнее всего прочего. Сети внутри и вне компании постоянно создаются и пересоздаются и только так формально централизованная и иерархически выстроенная корпорация может поставлять продукцию и услуги по приемлемой цене и в срок. Мы наблюдаем «превращение корпораций в сети», в которых стратегические союзы заключаются и распадаются в зависимости от конкретных обстоятельств и участников, а рецептом их успеха становится принцип пяти нолей (ноль дефектов, ноль технических ошибок, ноль отсрочек, ноль бумажной работы и ноль материально-производственных запасов).

Класс собственников при «сетевом капитализме»

Важнейшие изменения в капитализме связаны с переходом от персональных форм контроля к контролю неперсональному. Главные держатели активов относятся к классу собственников, которым принадлежит значительная часть собственности корпораций. Индивидуальное владение фирмами пошло на убыль, на его место пришло владение распыленное. В наше время корпорациями в большинстве случаев владеют различные организации (банки и страховые компании), а также индивидуальные владельцы, которые имеют очень небольшой процент акций. Класс менеджеров управляет этими корпорациями и благодаря своим менеджерским способностям «является ядром капитализма в его информациональной фазе». Рост числа владельцев корпораций не означает, что класс капиталистов утрачивает контроль над ними, поскольку он связан сетями, в основе которых лежит совместное владение акциями, которые обеспечивают удержание ими позиций благодаря «констелляции интересов». Существует класс капиталистов, который находится на вершине капиталистической системы. Высшие эшелоны системы монополизированы группой собственников. Произошло частичное размежевание «механизмов воспроизведения капитала» и «механизмов воспроизведения классов». Капиталисты все еще могут передавать свою собственность наследникам, но уже не в состоянии передать связанные с этой собственностью позиции топ-менеджеров.

На вершине глобализованного капитализма находятся информациональные работники, но они оказались там по большей части благодаря привилегированному происхождению, привилегированному образованию и неоценимому преимуществу – унаследованному богатству.

 

Упадок рабочего класса

Конец традиционного рабочего класса уже наступил. Знание и информация стали главным сырьем современного производственного процесса, а образование – основным качественным показателем труда, а потому новыми производителями при информациональном капитализма являются те генераторы знаний и обработчики информации, чей вклад в экономику наиболее значим. Несмотря на то что в прошлом рабочий класс зависел от владельцев капитала, было принято считать, что капитал нуждается в рабочем классе. Возник новый класс информациональных работников, что позволяет пренебречь прежним рабочим классом при создании нового продукта, к которому «труд общего типа», будучи негибким, не может приспособиться. В новом мире информациональный труд становится основным производителем стоимости, тогда как рабочий класс находится в упадке, поскольку не способен к быстрым переменам, чтобы держать темп. возвещают конец как старомодного класса собственников, так и рабочего класса.

Гибкий информациональный класс

Информациональный труд – тот материал, который скрепляет информациональный капитализм. Он перехватил власть у старомодных капиталистических классов, поскольку владение капиталом уже не обеспечивает первых ролей в современном мире. Те, кто сейчас направляет деятельность компаний, должны обладать информационными навыками, которые дают возможность сохранять жизнеспособность в условиях постоянных перемен и полной неопределенности. Сейчас уже мало просто сидеть на куче товаров – без информационального труда, который будет держать темп, все будет потеряно. Соответственно эти информациональные работники, которые способны анализировать, определять стратегии, эффективно общаться, находить новые возможности, составляют ядро капиталистического предпринимательства. Для таких людей конкретная специализация менее важна, чем способность к адаптации. Это люди самопрограммируемые, умеющие обучаться и переобучаться по мере необходимости. Все это делает их в высшей степени приспособленными к выживанию в быстро меняющемся и устрашающе «гибком» мире информационального капитализма.

 

Критика концепции Кастельса Г.Шиллером

Известный социолог Герберт Шиллер подверг резкой критике «Информационную эру» М.Кастельса и показал ошибочность выводов о существовании особого «сетевого капитализма». Шиллер настаивает, что: информация давно превратилась в товар, т.е. доступ к ней все чаще будет возможен только на коммерческих основаниях. В этом отношении информация все больше будет уподобляться любым другим товарам в капиталистическом обществе: «Сегодня информация рассматривается как товар. Это что-то вроде зубной пасты, овсяных хлопьев или автомобилей, ее все чаще покупают и продают». Основным фактором, влияющим на распространение информации, доступ к ней и право ее создавать, является классовое неравенство. Классовая принадлежность определяет, какую информацию вы получаете сами и какую информацию позволяете получать другим. Общество, в котором происходят такие важные изменения в сфере информации и коммуникации, находится в специфической стадии корпоративного капитализма. Характер современного капитализма определяют корпорации, причем корпорации особого рода. Сегодня для них характерна огромная концентрация капитала, они представляют собой институты монопольного рынка, они диктуют свои интересы государству и международному сообществу, например: Shell, BP, Exxon, Texaco, – огромные, централизованные предприятия, их деятельность охватывает гигантские территории, распространяется на несколько континентов. Несколько сотен крупных корпораций занимают все командные высоты в экономике. Поэтому, с точки зрения Шиллера, в информационной сфере доминируют именно интересы корпоративного капитализма. На первом месте в списке их приоритетов – развитие информации и информационных технологий в интересах частного бизнеса, а не в интересах общества в целом. Поэтому информационные технологии несут на себе, прежде всего, отпечаток корпоративного капитала, а уж потом – любой другой группы интересов в современном обществе. Рыночные отношения и классовое неравенство были основными особенностями капитализма с момента его зарождения, да и история корпоративного капитализма уходит в прошлое не менее чем на столетие, хотя некоторые наиболее яркие черты этой стадии проявились только в конце XX столетия. Определяющими особенностями «информационного общества» стали те самые давно выявленные структурные составляющие и мотивы развития, которые свойственны капитализму. С его точки зрения, все, что говорится о тенденциях развития информации как о пути, ведущем к разрыву с прошлым, не заслуживает доверия. Как может быть, спрашивает Шиллер, чтобы те силы, которые вызвали к жизни информационные технологии и информационный бум, были бы сами устранены своим творением? Гораздо более естественно предположить, говорит Шиллер, что информационная революция как раз и выполняет задачу, которую перед ней поставили эти силы: она консолидирует капиталистические отношения и распространяет их на новые сферы.



Если вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.
Loading...


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.