Версия для печати > Иллюзия защиты: что не так с заявлением Шмыгаля и почему Украина не может уберечь энергосистему от ракет

Зимние атаки на украинскую энергетику становятся всё более разрушительными. Власти строят бетонные укрытия, закупают оборудование и отчитываются о защите подстанций. Однако эксперты в один голос утверждают: от баллистики не спасает ни второй уровень защиты, ни миллиардные вложения. Почему Украина всё равно остаётся уязвимой и что ждёт нас зимой — в материале Фокуса.

Первый вице-премьер-министр — министр энергетики Украины Денис Шмыгаль рассказал, что следующая зима будет тяжёлой. Энергообъекты готовят к возможным российским атакам, но они остаются основной целью врага.

Наши энергетики и инженеры создали уникальную инженерно-техническую защиту, которая помогает защитить энергетические объекты даже после попадания баллистических ракет. Повреждения устраняются за неделю, а не за месяцы.

Если вспомнить, то в 2024 году Кабмин выделил 10 млрд грн на защиту энергообъектов. Осенью 2023 года Государственное агентство восстановления и развития инфраструктуры Украины сообщило, что для энергетических объектов было внедрено три уровня защиты:

Первый уровень — защита объектов габионами, контейнерами и другими средствами от непрямого поражения.

Второй уровень — фундаментальные железобетонные укрытия для трансформаторов и другого распределительного оборудования. По словам Шмыгаля, большинство таких объектов уже построены.

Третий уровень — защита от ракет. Это комплексные массивные инженерно-бетонные сооружения (капитальные укрытия), предназначенные для защиты критически важного оборудования от прямых попаданий мощных ракет и баллистики.

На днях в Раде Шмыгаль сообщил, что завершено строительство около 200 сооружений второго уровня защиты. В регионах продолжаются работы в соответствии с комплексными планами устойчивости. На усиление защиты в начале года было направлено более 50 млрд гривен.

Если вспомнить, что около десяти крупных ТЭС были повреждены ещё зимой 2022–2023 годов, удары по ним повторились в 2024 и 2025 годах, а последние масштабные атаки пришлись на зиму 2025–2026 годов, можно прийти к выводу, что защита этих объектов тогда не сработала. Есть ли надежда, что уже в этом году, благодаря стольким усилиям и дополнительным миллиардам, она надёжно защитит нашу энергосистему — вот главный вопрос. Опрошенные Фокусом эксперты дают неутешительные прогнозы.

От балистики спасти энерегообъекты невозможно

Директор энергетических и инфраструктурных программ Центра Разумкова Владимир Омельченко рассказал Фокусу, что не знает таких объектов, которые можно на сто процентов защитить от баллистических ракет. Частично — возможно. И это в первую очередь касается ключевых подстанций, высоковольтных подстанций компании Укрэнерго, трансформаторов. Там действительно сделана защита.

На всех ключевых подстанциях построен второй инженерный уровень защиты — бетонные укрытия для трансформаторов. Они могут обезопасить оборудование от "Шахедов", обломков ракет, а иногда даже от баллистических ракет. Однако такие конструкции защищают только трансформаторы, а не всё оборудование. Полностью обезопасить объект невозможно — укрытия лишь выдерживают некоторые удары и усложняют работу врага, но рассчитывать на полную защиту энергообъектов на годы — иллюзия.

Что касается крупных ТЭС и больших подстанций в Киеве, Харькове и других городах — их защитить сложно, поскольку они занимают гектары территории, и закопать их под землю невозможно, отмечает Омельченко. Отдельные элементы (трансформаторы, насосы, ЛЭП, газоснабжение) можно защитить частично, но полностью — нельзя.

Хорошо, что, по словам эксперта, наши противовоздушные силы сбивают около 90% всех дронов. С ракетами обстановка намного хуже, от них сетками не защитишься. Был план закопать энергообъекты под землю или забетонировать их, но это сделать нереально. Пытались в 2023 году, начали что-то строить, потом поняли, что потратили миллиарды впустую, что это неэффективно.

Наиболее эффективно, как мне кажется, иметь запас резервного оборудования, чтобы его можно было быстро заменить и восстановить. Ну и иметь свою баллистику, свои ракеты, чтобы на каждый обстрел наших энергетических объектов отвечать России. Это, на мой взгляд, более эффективно, потому что если вспомнить времена холодной войны между СССР и США, то войны не было не потому, что в странах НАТО была противовоздушная оборона. СССР не нападал только по одной причине — он понимал, что если нападёт, то получит в ответ. Именно это его сдерживало, а никакая не противовоздушная оборона.

Без защиты с воздуха, защита на земле бесполезна

Эксперт в области энергетики Геннадий Рябцев отметил в комментарии Фокусу, что недавние повреждения объектов энергетики в Киеве свидетельствуют о том, что защитить их от баллистики нереально. Другое дело — построить инженерно-техническую защиту объектов, которая действительно результативна и уменьшает потери от очередных ударов.

Но говорить, что все энергетические объекты в Украине защищены, было бы преувеличением. От дронов особо уязвимые элементы защищены, в том числе на крупных станциях, но от баллистических ракет защиты нет. Очень важным сейчас является получение от наших партнёров средств поражения баллистических ракет. Без этих средств несколько массированных атак на объекты критической инфраструктуры могут существенно уменьшить объём восстановленной межсезонной генерации.

Кроме того, как считает эксперт, нужно обеспечить эффективную активную защиту средствами радиоэлектронной борьбы. Нужно то, что делают сейчас силы обороны Украины — сосредоточить ресурсы на борьбе с пусковыми установками, средствами наведения, корректировки и всем подобным.

Для эффективного и быстрого восстановления генерации и проведения ремонтных работ создан стратегический резерв национального, регионального, местного и объектового уровня. На закупку необходимого оборудования были выделены соответствующие средства.

Не знаю, насколько по всей Украине такое создано, но крупные энергетические компании имеют соответствующие запасы и поддерживают их на том уровне, который считают достаточным для быстрого восстановления и проведения ремонтов.

В то же время, по словам эксперта, готовность к возможным чрезвычайным ситуациям у нас откровенно хромает. Хочется верить, что нас не вводят в заблуждение, рассказывая о тех объектах альтернативной генерации, которые уже введены в эксплуатацию. Иногда можно увидеть расхождение между докладами и реальным положением дел. Некоторые объекты засчитывают как новые, тогда как они восстановлены. Некоторые засчитывают как присоединённые к объединённой энергосистеме, хотя они не присоединены. Некоторые засчитывают как автономные источники питания, хотя они резервные — а между этим большая разница.

Работа идёт, но медленно, что не раз отмечали как президент, так и новоназначенный премьер. Хотя, если посмотреть на то, что было названо программой деятельности Кабмина, мне кажется, вообще ничего не изменилось. Точно такое же непонимание того, что такое планирование. Если сказать, что конкретной операционной целью является цель, которая начинается со слова "усилить" — так у меня студенты пишут стратегические планы лучше, чем чиновники.

Зима 2026–2027 годов может стать для украинцев самой тяжёлой за всё время. Мы до сих пор не можем эффективно противостоять российской баллистике, а враг накапливает реактивные дроны, которые крайне сложно сбивать. Украинцам предлагают вариант переезда — из большого города в село, районный центр или даже за границу.

Две недели без света, возможные ограничения газа и риск остаться без воды — такой сценарий зимы 2026–2027 не исключают эксперты. Россия усиливает удары по энергетической инфраструктуре.