Информация к новости
  • Просмотров: 778
  • Дата: 15-01-2017, 19:00
15-01-2017, 19:00

Является ли теневая экономика темной стороной силы?

Категория: Новости / Экономика и финансы / Аналитика


Неутомимая пропаганда провластных олигархических СМИ почти убедила нас, что отстаивание социальных прав человека – это популизм и признак паразитизма народа… А вот любопытно, паразитизм – над кем? Над олигархами? Над государством, для которого народ якобы «суверенный источник всей власти»?.. Последние три года государство, вместо функций защиты интересов большинства украинцев, стало откровенной угрозой для их жизни, воплощая собой несправедливость и неэффективность.

Отказавшись от социализма, мы попали не в развитой капитализм, а в докапиталистический феодализм. Тогда как на Западе капитализм достиг такой  стадии развития, что в его недрах стали появляться ростки социализма, и даже первые признаки откровенного коммунизма, например, в самых развитых северных государствах – Канаде, США, Франции, Германии, Австрии, Швейцарии, Англии, Финляндии, Скандинавии и странах Бенилюкса.

Мы же пока никак не можем определиться, что строить, рыночный или государственный капитализм. Здесь еще нужно сто раз просчитать, какая модель эксплуатации природных ресурсов экономически более выгодна, государственная, или частная. Если в развитых странах общественные отношения достигают такой зрелости, что и государственная форма управления ресурсами там эффективна, то в отсталых и частный бизнес зачастую убыточен. Если в прогрессивных общественных системах социальные проекты служат рычагом эффективности, то в архаичных они становятся деструктивной утопией, и еще сильнее тянут их вниз.

Как здесь не вспомнить слова из Евангелия: «кто имеет, тому буде дано еще, а кто не имеет, лишится последнего». Ломая копья в данном дискурсе, мы не должны забывать, что для успешной реализации взаимоотношений между обществом, корпорациями и государствами, на практике должен быть выстроен общественный договор коллективных взаимоотношений ради целей общего блага. То есть, общество уже должно быть достаточно зрелым, чтобы понимать, что государственное финансирование любых социальных проектов производится не за счет абстрактного «бюджета» сверху, а за счет средств самих же граждан, заплативших налоги снизу.

Вместо такого рода исследований и разработок, моду и тон в нашем экономическом и политологическом экспертном сообществе задают либералы. На фоне отечественных имитационных реформ, выражающихся зачастую в банальном переименовании названий улиц и городов, в Украине происходит «подковёрная» леволиберальная революция. Хочу напомнить, что либералы считают, что государство не должно активно участвовать в экономической жизни общества. Применительно к Украине (считают сторонники этого экономического учения) неплохо было бы привить традиционным православным украинцам хотя бы какие-то навыки реальной либеральной свободы, демократии, протестантской этики, и вообще культуры просвещения, прогресса и гуманизма, через горнила которых в свое время  прошел закалившийся в рыночном отборе современный процветающий и благополучный Запад.

 

Теневая экономика побеждает. Теория де Сото

Время от времени в среде экспертной либеральной тусовки появляются очередные мессии. Вот и сейчас на горделивый флаг свободы поднята теория Эрнандо де Сото (Перу). Обычно, «легальная» деятельность остается недоступной для обычных людей. Налоги и издержки слишком высоки, и потому люди выбирают теневую деятельность. Основная идея этой теории в том, что успешные и развитые страны – это те страны, где организованное, а чаще стихийное давление внелегального или теневого сектора и создаваемого им обычного права вынудило государство отступить. Там, где это удалось, то есть в Англии и США, люди получили невиданный рост благосостояния. Этот процесс был преимущественно стихийным.

«В 1785–1890 гг. Конгресс Соединенных Штатов, постоянно ссылаясь на идеалы Джефферсона – вся земля должна принадлежать гражданам, – принял более 500 различных законов, направленных на реформирование системы земельной собственности, – утверждает Эрнандо де Сото. – В итоге возникли чрезвычайно усложненные процедуры, зачастую препятствовавшие реализации этого идеала». Ситуация осложнялась тем, что отдельные штаты создавали свои законы, заботясь, в первую очередь, об интересах богатых землевладельцев.

В результате у поселенцев, желавших узаконить свои права на землю, остался единственный выход: создавать собственные «законы», используя английскую правовую традицию, возникшие в Америке правовые нормы и собственный здравый смысл. «В хаосе неопределенности по поводу законов, земли и прав собственности поселенцы поняли, что главное – жить в мире между собой, а для этого нужен хоть какой-то порядок, пусть даже он будет за рамками легального закона», – пишет де Сото.

Результатом стали две разные правовые и экономические системы: одна – кодифицированная, другая – применяемая в житейской практике.

В условиях правовой путаницы, когда один и тот же участок земли мог принадлежать нескольким разным людям, развилось такое явление, как сквоттерство – самовольный захват земли. Американское правительство тоже регулярно принимало репрессивные законы и посылало войска против сквоттеров, уничтожая их фермы и посевы.

Сквоттеры начали изобретать собственные разновидности прав собственности, известные как «права томагавка», «права хижины» и «права посевов». Для закрепления «права томагавка» было достаточно окольцевать несколько деревьев у источника и пометить хотя бы один ствол инициалами того, кто провел обустройство. К концу американской революции эта практика распространилась настолько, что один армейский чиновник писал министру обороны: «Эти люди на пограничных территориях привыкли занимать лучшие земли, для чего используют «права томагавка», или обустройства, как они это называют, и предполагается, что это в достаточной степени закрепляет их право собственности».

Многие представители властей пребывали в уверенности, что эти новые американцы вопиющим образом нарушают законы и заслуживают наказания, вот только наказать их было непросто. Даже когда Джордж Вашингтон, отец Соединенных Штатов, попытался выселить наглецов, самочинно поселившихся на его земле в Вирджинии, юрист предупредил его что, «если суд примет его сторону и разрешит выселить захватчиков, они, скорее всего, сожгут его амбары и изгороди».

К концу XIX века американские политики и судьи проделали большую работу по кодификации прав собственности, но путь им прокладывали сквоттеры. Когда в 1862 году Конгресс принял знаменитый Закон о гомстедах (обещавший бесплатно 160 акров земли каждому поселенцу, желающему в течение пяти лет жить на ней и обрабатывать ее), он только узаконил правило, уже реализованное самими поселенцами.

Далее, основываясь на приведенном примере и ещё нескольких подобных, де Сото делает спорный во всех отношениях вывод: английское и американское государства XVIII–XIX веков были слабыми государствами. Именно поэтому сами эти страны стали «сильными и богатыми». На основе этой версии украинские экономисты формулируют не менее спорные стратегии для развития экономики Украины. Например, если мы хотим «сильной и богатой Украины», нельзя допускать усиления контроля государства над жизнью людей и концентрации политической власти. Украинцы, которые хотят «перенять опыт развитых стран» и построить «сильную и богатую Украину», должны защищать все, что образует стихийные порядки, и бороться со всем, что им мешает. Отмена единого налога, введение кассовых аппаратов, борьба с наличкой и контрабандой – все это должно встречать сопротивление «прогрессивной» общественности, если она действительно хочет «сильной и богатой Украины», а не является обычной обслугой чиновничества. Вместо того, чтобы организовывать бесчисленные партии, то есть играть в государственную игру по правилам государства, нужно действовать там, где требует ситуация. В общем, поддерживать «стихию» и организовываться для отпора на особо опасных направлениях.

Справедливости ради, следует отметить, что некоторые эксперты всё же стыдливо признают – «понятно, что приведённый рецепт того, как Запад стал богатым, выглядит для большинства активистов несколько шокирующим. Но ради успеха им не остается ничего другого, как поменять свою позицию почти по всем вопросам на 180 градусов».

 

Смешанный тип экономики

Современные условия перехода к рыночным отношениям бывших социалистических стран свидетельствуют о том, что складывается новая экономическая система, основу которой составляют многообразие форм собственности и видов предпринимательства при одновременном сочетании различных видов экономического регулирования: рыночного, корпоративного (внутрифирменного), государственного, регионального, международного. В связи с чем, новую систему можно определить как СМЕШАННУЮ (многоукладную) экономическую систему, основу которой составляют рыночные отношения и частное предпринимательство при одновременном наличии многих других институтов и при государственном регулировании важнейших социально-экономических процессов и сфер хозяйственной жизни.

Следовательно, экономическая функция государства в долгосрочной перспективе зависит от конкретной исторической ситуации. Возьмем в качестве примера США 30-х годов ХХ века. Именно этот пример можно считать рецептом выхода из эпохи Депрессии. Какие производства определяли в тот период ход экономического развития? Транспорт, энергетика, металлургия. Частное предпринимательство не всегда было в состоянии обеспечить требуемую концентрацию капитала в этих отраслях. Оно не хотело рисковать своими деньгами, если не было уверено в устойчивости спроса. Поэтому государство было вынуждено инвестировать в промышленность бюджетные средства. Такую политику проводил президент Рузвельт в США, строя дороги за счёт государственного бюджета, решая тем самым проблему безработицы и создавая инфраструктуру страны.

Именно в 30-е годы проявились широкие возможности централизованной экономики, экономики индустриализации в СССР. Советский Союз достиг в этот период наивысших в мире темпов экономического роста. Суть советской модели (1930–1960 гг.) можно свести к следующим важнейшим признакам:

  • общенародная собственность на средства производства;
  • решающая роль государства в экономике;
  • централизованное управление;
  • директивное планирование;
  • единый народнохозяйственный комплекс;
  • мобилизационный характер;
  • максимальная самодостаточность ;
  • ускоренное развитие группы отраслей А (производство средств производства) по отношению к группе отраслей Б (производство предметов потребления);
  • сочетание материальных и моральных стимулов труда;
  • недопустимость нетрудовых доходов и сосредоточения избыточных материальных благ в руках отдельных граждан;
  • обеспечение жизненно необходимых потребностей всех членов общества и неуклонное повышение жизненного уровня, общественный характер присвоения и т. д.

Критики советской модели, употребляя уничижительное словосочетание «административно-командная система», прежде всего и имеют в виду народнохозяйственное планирование. Оно противоположно рынку, за которым скрывается экономика, ориентированная на прибыль и обогащение. В директивном планировании план имеет статус закона и подлежит обязательному исполнению, в отличие от так называемого индикативного планирования, которое после Второй мировой войны использовалось в странах Западной Европы и Японии и имеет характер рекомендаций и ориентировок для субъектов экономической деятельности. Кстати, директивное планирование присуще не только советской экономике. Оно существует и сегодня. Где?– спросите вы. В крупных корпорациях. Поэтому если критикам советской модели полюбилось выражение «административно-командная система», то они должны также рьяно критиковать крупнейшие мировые транснациональные корпорации типа IBM, British Petroleum, General Electric или Siemens. Там в начале XXI века существует действительно жесточайшая административно-командная система без каких-либо примесей демократии и участия работников в управлении.

В СССР были использованы некоторые методы планирования, которые до этого были не известны даже самым «продвинутым» зарубежным управленцам и экономистам. Считается, что межотраслевые балансовые модели были разработаны русским эмигрантом послереволюционной волны Василием Леонтьевым (1906–1999), которому за это была даже присуждена Нобелевская премия в области экономики. Вместе с тем уже в первой половине 1920-х годов в Госплане СССР стал использоваться межотраслевой баланс – еще до того, как В. Леонтьев опубликовал первую статью на эту тему.

Однако ситуация стала резко меняться в начале 60-х. Научно-технический прогресс не требовал большой концентрации капитала. Высокую эффективность и мобильность демонстрировали малые и средние предприятия, обеспечивающие простор для частной инициативы. В таких условиях капиталовложения государства в реальный сектор стали излишними. Но большое значение приобрели государственные инвестиции в образование и фундаментальную науку.

Возможно ли предполагать, что в будущем ситуация вновь изменится, и государство будет вынуждено инвестировать в реальный сектор? Да, это может произойти. Например, если в будущем потребуются колоссальные инвестиции для предотвращения экологических катастроф или разработки альтернативных источников энергии.

 

Функции государства в смешанной экономике

Какие функции выполняет государство? Разумеется, важнейшими из них являются обеспечение безопасности страны от внешних угроз и защита своих граждан. На государстве также лежит забота о здоровье и образовании граждан. Кроме того, государственные органы должны управлять обществом, в частности, путем принятия законов.

Согласно действующей Конституции Украины наше государство является социальным. Это значит, что оно должно гарантировать определенный уровень дохода своим гражданам, т. е. проводить активную политику доходов, а также помогать людям, которые не способны обеспечить свое существование собственным трудом. Помощь таким людям осуществляется за счет бюджетных средств.

Милтон Фридмен, основатель современного монетаризма считает, что государство должно, во-первых, поддерживать законность функционирования хозяйственной системы, во-вторых, выполнять роль третейского судьи в различных спорах, и в-третьих, обеспечить функционирование денежной системы.

К этому можно добавить следующие функции:

  • установление и защита права собственности;
  • борьба с провалами рынка;
  • перераспределение ресурсов.

Под провалами рынка понимают такие ситуации, в которых рынок не может действовать эффективно.

Еще одна важная задача такого государства – обеспечение справедливости и равенства возможностей членов общества. Эту задачу решает функция перераспределения. Через налоговую систему изымается часть доходов богатого населения и передается бедной части.

Государство является единственным общественным институтом, который способен выражать и обеспечивать интересы не только ныне живущего, но и будущих поколений. Это касается вопросов экологии, сохранности природных ресурсов, внешней задолженности. Но в данном случае неизбежно возникает вопрос: как государство защищает интересы последующих поколений, если оно накопило задолженность, которую эти последующие поколения должны выплачивать? Каждый рождающийся в нашей стране ребенок должен иностранным кредиторам около 1000 долларов. Понятно, что это нарушение прав человека. И все же ни один из общественных институтов не способен так эффективно защищать интересы будущих поколений, как государство. Однако эффективность государства зависит от правильности выбора органами государственного управления своих целей и приоритетов.

Подводя итоги необходимо отметить, что все разговоры о вневременной приоритетности частной инициативы в ущерб государственному участию в экономике или наоборот, лишены всякого смысла. Для каждого времени необходима своя уникальная политика. Все зависит от честности и компетентности людей, принимающих политические и экономические решения. Очевидно, что существующая власть в Украине не способна ни на то, ни на другое.



Если вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.
Loading...


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.