Информация к новости
28-05-2020, 19:00

Как это было в Одессе (продолжение)

Категория: Новости / Статьи


 

Боевая задача борьбы с проституцией

Иногда кажется, что ключевым словом того времени было слово «охватить». Действительно, если в молодой Советской республике и начинались какие-то акции, то они в обязательном порядке распространялись на всю страну и проводники великих задумок революционных вождей с тщанием следили за тем, чтобы никто не увильнул от их исполнения. Да и сами граждане, как известно, всегда готовы проявить рвение, чтобы доказать ныне существующей власти свою исключительную по отношению к ней лояльность. А заодно (если получится) решить и кое-какие свои дела, замешанные на жадности и зависти к ближнему своему.

Лучшие времена – тридцатые годы – у завистников и доносителей еще впереди. Но и теперь общественность готова проявить сознательность в борьбе «с чем объявят».

В 1923 году объявили борьбу с проституцией. Конечно же, широкомасштабную.

 

 

Искоренить заразу

«Борьба с проституцией становится очередной и насущнейшей кампанией. До сего времени Совету по борьбе с проституцией не удалось еще развернуть той широкой работы, которая была бы необходима в данных условиях. Для того чтобы такую работу поставить, необходимо точно учесть характер и размеры проституции», – пишет июньская газета Вечернего выпуска «Известий».

Действительно, точного размера, а также характера проституции в Одессе никто не знал. А как копнули – тут такое выяснилось!

– Акции по борьбе с асоциальным явлением посвящены целый ряд газет за 1923 год. Из номера в номер репортеры описывают судебные заседания, иногда продолжающиеся до глубокой ночи, и интерес публики к подобным заседаниям не ослабевает, – рассказывает экскурсовод музея Главного управления Национальной полиции в Одесской области Светлана Кривчук-Новак.

«Губрозыском проведена облава на ряд гостиниц, расположенных в Бульварном районе, причем в гостинице «Пальмира» (Греческая пл., 8) обнаружено несколько «парочек». Арендатор гостиницы Шапиро задержан и привлечен к ответственности за сводничество», – спешит сообщить одесский корреспондент «Известий».

Его коллега подробно рассказывает о «гнезде разврата в центре города», вскрытом в результате сигналов в правоохранительные органы жильцов дома №2 на улице К. Маркса.

Проживающие в этом доме комвзвода 151-го полка, комроты 13-й пехотной школы и механик торгфлота сообщили, что в квартире гражданки Варвары Бояр живут женщины, занимающиеся проституцией. и что там устраиваются пьяные дебоши. В результате милицейского рейда «была застигнута веселая компания мужчин и женщин, не прописанных в доме, там же найдены остатки самогона и спирта. По показаниям жильцов, а также по опросу присутствовавших в квартире лиц, было установлено, что квартира гражданки Бояр является тайным притоном для «чистой публики», которой немало в центре города. Задержанные в квартире мужчины оказались гостями из Елисаветграда, а один из них – директором лесотреста Одесской губернии».

Нарсуд, рассмотрев суть вопроса, передал дело в Одесский губсуд. Виновные были наказаны, «гнездо разврата» уничтожено. Но сколько их еще осталось в городе!

«Борьба с женской безработицей, особенно женщин-одиночек, становится ударной задачей профсоюзов, и в этой области достигнуто многое. Райорганизации женотдела стремятся своим влиянием охватить труженицу-одиночку, поддерживая в ней сознательность и моральную устойчивость. Перед Советом по борьбе с проституцией большой важности работа. Он должен всколыхнуться! Совместно с партийными и профессиональными организациями социальная болезнь пролетариата будет подвергнута тщательному и энергичному лечению!» – призывают в следующей одесской газете.

Совет, понятно, всколыхнулся, но что делать, если болезнь застарелая, лечению никак не поддается и находит себе все новые и новые жертвы!

И вот летит в газету очередной сигнал – от члена союза и профработника Всеработземлеса А. М. Давыдова: «Зная о том, что власть в настоящее время ведет усиленную борьбу с проституцией, я должен заметить, что на одной из центральных улиц города (ул. Ленина, между улицами Зиновьева и Чичерина) прохаживаются «девицы» в возрасте от 17 до 20 лет и абсолютно никому не дают проходу. Проходя вечером по этой улице, я был очевидцем того, как группа проституток устроила грандиозный скандал. Нужно на это зло обратить соответствующим органам сугубое внимание для искоренения этой «заразы», в особенности в центральной части города».

Как известно, всякие проводимые государством широкомасштабные кампании просто обязаны показывать положительный результат – несмотря ни на что. Ни на что не смотреть и ничего не видеть – самый эффективный способ добиться желаемого. Так когда-то в СССР «искоренили» проституцию.

Уже в перестроечные времена, на телемосту «Ленинград – Бостон» представительница общественной организации «Комитет советских женщин» Людмила Иванова объявила, что и «секса у нас нет».

Ну что тут скажешь…

 

 

Портреты высочайших особ вывешивать запрещается

Безусловно, проституция – отнюдь не привлекательное социальное проявление общества. Но, кажется, самое устойчивое. Недаром эта профессия называется «древнейшей».

Во многих государствах предпочитали брать под контроль то, с чем не получалось справиться. По этому пути в свое время пошла и Российская империя.

– Существовало специальное «Положение об организации надзора за городской проституцией в Российской империи», утвержденное Министерством внутренних дел 8 октября 1903 года. В положении четко обозначалось, что надзор сосредотачивается в одном учреждении – Врачебно-полицейском комитете. А также расписывался регламент надзора и правила поведения дам легкого поведения и содержательниц домов терпимости, – рассказывает заместитель директора – хранитель фондов музея Главного управления Национальной полиции в Одесской области Юрий Пучков.

В губернских городах Врачебно-полицейский комитет находился в подчинении вице-губернатора или градоначальника, однако председательство их было чисто формальным. Надзором занимались полиция и медики, имеющие отношение к полицейскому или военному (морскому) ведомству. Согласно документу, «женщины, не достигшие 18 лет, не могут быть допущены к промыслу развратом и передаются на попечение родственников, попечителей, благотворительных учреждений и установлений, на коих законом возложено попечение о неимущих».

 Дома терпимости подчиняются особым санитарным правилам, это касается и прислуги в том числе. Во-первых, в прислуги не может быть принята особа моложе 35 лет. Во-вторых – прислуга не может заниматься одновременно своими хозяйственными обязанностями и проституцией. Кстати, этот вид трудовой деятельности запрещен и самим содержательницам «веселых домов».

«Жрицы любви» обязаны подвергаться врачебному осмотру «во всякое время, когда это будет признано нужным, но при обычном порядке не менее двух раз в неделю.

Дамы могут проживать как в специальных домах, так и «на особых квартирах», но в последнем случае – не более как по две в одной квартире.

Для предохранения себя от заражения «проститутки имеют право осматривать белье посетителей прежде сообщения с ними». Оставлять дома терпимости женщины имеют право во всякое время. Денежные претензии по счетам между ними и содержательницами домов «подлежат судебному разбирательству и не служат препятствием к оставлению домов терпимости». В правилах особо подчеркивается, что «все сделанное содержательницей для публичной женщины: платье, обувь, белье и т. п., остается в собственность проститутки, если она пребыла в доме терпимости не менее года».

Не менее четко определен регламент жизни и работы самих содержательниц домов. Указано, что открывать подобные заведения дозволяется «исключительно женщинам, и притом не моложе 35 лет». Просительница при подаче прошения об открытии заведения должна заручиться письменным согласием домовладельца или управляющего домом. После открытия заведения хозяйка обязана вести по установленной форме книгу, в которой записаны все живущие в заведении женщины. Больных женщин хозяйка заведения должна доставлять в больницу и лечить за свой счет. Хозяйка не имеет права «требовать от женщины, находящейся у нее в заведении, платежа более трех четвертей получаемого последней, но со своей стороны должна давать ей освещение, отопление, сытый и здоровый стол, необходимое белье, платье и обувь и вообще все то, что нужно для существования и не составляет предмета роскоши». И так далее и тому подобное.

Конечно, никто не обольщается по поводу выполнения этих правил в реальной жизни. Очень смешно читать грозные заявления о том, что «в домах терпимости строго воспрещается торговля вином и табаком, во время приема посетителей не допускается музыка, игра в карты, кости, шашки и т. п. Особенно забавным выглядит запрет о «вывешивание портретов высочайших особ на стенах заведения».

Конечно же, по большей части все эти указы и запреты так и оставались на бумаге и полицейский (но не врачебный!) надзор осуществлялся совсем по иным правилам – по тем, которые диктовала жизнь, размеры взносов и наличие нужных связей у хозяек вышеупомянутых заведений. И все же явление находилось под контролем, а женщины имели хоть и эфемерную, но все же возможность обратиться за помощью к государству.

Совсем по-другому выглядело это ремесло в Одессе в 1923 году.

Документы предоставлены музеем Главного управления Национальной полиции в Одесской области

Продолжение следует




Если вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.