Информация к новости
16-11-2021, 10:00

Террор и глубинная демократия

Категория: Новости / Статьи


 

 Переосмысление понятия «демократия»

Демократия обращается к социальным, т.е. внешним, а не к внутренним, глубинно личностным пластам опыта. Подлинно демократичными человеческие существа бывают лишь очень краткое время. Без какой-то формы тренировки осознания, в уединении внутренней автономии, большинство из нас ведут себя как тираны. Вместо воплощения демократического принципа, требующего учитывать мнения всех людей, обычно имеет место лишь одна господствующая точка зрения – точка зрения обывательского «ЭГО». Эта «диктаторская» точка зрения гарантирует, что мы не будем прислушиваться к различным частям самих себя, к нашим чувствам, стремлениям, желаниям, страхам и духовным силам. Демократия, которая, в принципе стремиться к наделению властью, не сможет действовать, пока она считается только моделью для внешних структур. Чтобы сделать демократию внутренним опытом, нам нужно заниматься какой-либо формой внутренней работы осознанности. Проблема демократии состоит в том, что она основывается на понятии гражданской власти, вместо осознания внутри каждого человеческого сознания. Демократия настаивает на учете мнения каждого человека. Но на деле она может предложить только некие правила, которые устраивают большинство. Тирания большинства всегда ранит души людей из меньшинства, которое подавляет гнев и негодование. Они массово и бесконтрольно накапливаются на заднем плане и, в самый неподходящий момент, взрываются, снося проект, организацию, государство. Демократия без осознанности — форма тирании, содействует росту насилия. Поэтому никто не вмешивается, когда человек или группа использует свою психологическую силу и «правит» другими, подавляя и эксплуатируя их. Глубинная демократия основывается на осознании того, что происходит внутри нас самих и других. «Глубинная демократия» необходима, чтобы организовывать наши взаимодействия и сообщества, и способствовать благополучию наших обществ и стран. Идею глубинной демократии разработал Арнольд Минделл, основатель процессуально-ориентированной психологии.

НОР: 99,98% сигналов, которые мы не хотим замечать

Каждый из нас имеет дело как с внешними фактами и проблемами, так и с тончайшими чувствами и «сновидениями» всех, кого это затрагивает. «Сновидения» — это 99,98% тонких, еле заметных сигналов и процессов, которые наше сознание маргинализирует, т.е. отбрасывает, вытесняет. Это те сигналы или процессы, с которыми индивид или группа себя в данный момент не отождествляет  и которые Арнольд Минделл назвал НОР (необщепринятой реальностью). Сознание группы в обычном демократическом режиме очень поверхностно и касается лишь 0,02% сигналов и процессов. Шаманы австралийских аборигенов называли «сновидящим телом» ту способность или часть в нас самих, которые могут считывать и работать с квантово-полевыми сигналами и процессами, доступ к которым обычный обыватель просто блокирует в себе (99,98% сигналов). Таких людей, кто сегодня работает над своей осознанностью и развивает в себе такие способности процессуальной работы, мы сегодня называем фасилитаторами. Глагол facilitate переводится с английского как «облегчать», «помогать», «содействовать», т.е. «фасилитатор» – это человек, обученный помогать и содействовать индивидуальным или групповым процессам и облегчать их течение. Например, акушер – это типичный фасилитатор, помогающий родам и облегчающий их нормальное течение. Процессуально-ориентированная психология, на которой основана технология глубинной демократии, представляет собой многосторонний подход к работе с человеческими проблемами, основанный на осознании сигналов и событий, случающихся в текущий момент. Фасилитаторы процессуальной ориентации стараются следовать внутреннему опыту, т.е. «работе осознания» во внешних ситуациях. «Процессуальная ориентация» – это установка, что решения проблем можно находить в процессе, т.е. в потоке событий и сигналов. Процессуально-ориентированное фасилитирование работает с нашими внутренними жизнями и сновидениями, равно как с жизнью группы и с ее сновидениями. В.Майков писал: «Память сохранила первое впечатление об Арни как о человеке, в облике которого можно увидеть и что-то птичье, и упругую грацию крупных кошачьих. Я был поражен его изумительным даром игры и перевоплощения. За несколько часов Арни разрушил клетку моих представлений о психотерапии. Он больше всего походил не на терапевта, а на дзенского учителя, гнома-весельчака, танцующего даоса, простой, открытый и естественный, как ребенок. Арни потряс меня своей изящностью, легкостью, остротой – такой маленький лысенький человек очень слабый и в то же время чрезвычайно гибкий и пронзительный с развитой мускулатурой и невероятной мимикой, какой просто не бывает. Он мог выразить любую эмоцию, любой аффект и в то же время не застыть – мгновенно через секунду стать абсолютно другим. Живое воплощение Протея, который может быть чем угодно, обладает кошачьей грациозностью и орлиной зоркостью одновременно. Он и фигляр, и комик-трикстер, и дзенский придурок, который валяет дурака и переходит от крайней серьезности до дурашливости. Помимо всех лекций, всех процессов, которые проводил Минделл, поворотной для меня стала сцена его работы с женщиной, которая находилась в депрессии, у нее даже была попытка самоубийства. Когда Минделл начал работать с ней, она честно созналась в том, что ей не хочется жить, меня поразило то, что Минделл даже как-то этому обрадовался. Он спросил ее: «Вам не хочется жить?!» – с таким неподдельным интересом, но одновременно очень уместно и деликатно. «Скажите, Вы хотели бы расстаться с жизнью?» Она ответила: «Да. Я хочу расстаться с жизнью», – «А как Вы хотите это сделать?» – и так вопрос за вопросом. Это было мастерское следование процессу, одному из основополагающих открытий в процессуальном подходе – не нужно ничего придумывать, нужно просто следовать процессу – и все раскроется. Минделл следовал и процессу, и своей совершенно невероятной интуиции. Женщина поднесла воображаемый пистолет… Да, это последние минуты, она нажала на курок. Минделл попросил ее, чтобы она издавала и звук. Она сказала: «Пиф!» Мгновением позже Минделл визгливым голоском повторил ей: «Пиф!» И сделал жутко неприличную гримасу, как бы закрывая уши от того ужасного, что случилось. Секунда, и он переключился и сказал: «Ой! Как здорово! Потрясающе! Это было невероятно здорово! Давайте еще раз, только на сей раз еще более медленно и внимательно почувствуйте, что Вы делаете – это последний миг Вашей жизни. Сейчас все закончится». Она поднесла пистолет, опять сказала: «Пиф!», позже он повторил за ней: «Пиф!» Подобно герою фильма «Маска», сам разделился на актера, зрителя и комментатора, восхищаясь ее смелостью и тем, как замечательно она все сделала, и тут же предложил ей повторить все еще раз. Когда же во время третьего повтора он в который раз визгливо вскрикнул вслед за воображаемым выстрелом «пиф!!!», и бывшая самоубийца, и участники семинара, и Арни разразились радостным хохотом. Серьезность отождествления с трагической ролью была исцелена космическим юмором. Минделл создал расширенную сцену сознания, мгновенно разрушившую клетку суицидального жизненного сценария. Конечно, такой опыт невозможно тиражировать, ибо все определяется мастерским «следованием процессу».  Вот так в мгновение ока произошло исцеление от тяжелейшей депрессии, которая угнетала эту женщину на протяжении многих месяцев. Если бы она пришла с этой проблемой к традиционному психотерапевту, то он воспринял бы ее с надлежащей серьезностью, ведь здесь такая сложная ситуация. Врач бы деликатно расспрашивал, что и как, а Минделл ничего этого не делал. Благодаря своему исключительному метавидению и метанавыкам он следовал процессу, не оценивая, не инеллектуализируя, отбросив все привычные реакции за рамки работы: он просто поддерживал процесс, находясь сам в чрезвычайно расширенном, пластичном, гибком состоянии. В конце концов, женщина сама вошла в это состояние и в мгновение ока увидела и свою жизнь, и те роли, которые она играет, как под увеличительным стеклом или как с высоты птичьего полета. Она увидела всю ситуацию, из-за которой страдала, условность и ограниченность этой ситуации, и множественность выходов, и даже ее комичность, и сама исцелилась, засмеявшись в состоянии этого космического юмора. И в этот момент в этом зале был смех самого космического сознания».

Осознанность — принцип глубинной демократии

Осознанность – более всеобъемлющий руководящий принцип, чем власть. Используя осознанность, мы можем прослеживать, что случается при правлении большинства с теми людьми и частями нас самих, которые не принадлежат к большинству. Осознание говорит нам, что меньшинство огорчается, понимая, что его нужды и взгляды не интересуют большинство, и что желания тех, у кого меньше голосов, не будут услышаны, даже если считается, что их должны слушать. Хотя во всем мире рушатся пирамидальные структуры власти и появляются самоорганизующиеся кооперативные системы горизонтальных взаимоотношений, возникающие противоречия, в целом, не уменьшились. Фактически, нередко кажется, что они обостряются. Людей ранят и «убивают» каждый день. Разрушительных конфликтов можно было бы избежать, если бы люди их замечали и разбирались с напряженностью в группе методами глубинной демократии. Однако, происходит противоположное: большинство людей избегают групповых противоречий, подавляя в себе многолетние обиды и чувства негодования. Чтобы организации, общества и страны преуспевали сегодня и выживали завтра, они должны быть глубинно демократичными – т.е. учитывать каждое чувство каждого человека. Глубинная демократия – это осознание разнообразия людей, ролей и чувств, и приветливое отношение ко всему, что стучится в дверь вашего внимания. Положительные организационные изменения, основанные на идеалах представительской демократии, оказываются недолговечными, если мы оставляем без внимания наши глубочайшие чувства в отношении спорных вопросов. Будущие правительства могут быть успешными только при наличии осознания чувств и сновидений. Когда нас просят осознавать и ценить наши глубочайшие внутренние переживания, почти любая ситуация в группе или в мире сразу же становится иной и поддающейся контролю. 

Процессуальная технология глубинной демократии

В своей книге «Процессуально-ориентированная работа с конфликтами» А.Минделл писал: «Фасилитатор в глубинно-демократическом подходе учится, как замечать сигналы, осознавать роли, которые мы играем в данный момент, и становиться «текучим» в коммуникации и в ситуации смены ролей, а также в том, что я называю «сновидением сообщества». Без такого осознания мы игнорируем собственное поведение и сигналы других, тем самым невольно поддерживая злоупотребление силой. Без осознания мы обычно сплетничаем о людях, причиняющих беспокойство, вместо того, чтобы замечать и узнавать, как иметь дело с организационной неприятностью. Возможно, мы боимся или на самом деле не знаем, что им сказать или как посоветовать им улучшить их межличностные умения. Или мы уклоняемся, уменьшая свою потенциальную способность изменить ситуацию и довольствуясь отступлением к идентичности бессильного участника, жертвы своей организации. Организации часто кажутся похожими на семьи, где один или двое недоброжелательных людей подчиняют себе всех остальных, в то время как другие со страхом наблюдают или отворачиваются. Поскольку никто не останавливает таких непроизвольно жестоких людей, они набирают силу, пока всей организации или даже обществу не приходится иметь с ними дело, налагая правила, законы и т.д. Считать, что проблема заключается в «диктаторах» или системе – поверхностно. Более глубокая проблема касается того, как мы не используем свое осознание ролей и «призраков» (третьих лиц, о которых говорят, но которые прямо не представлены) в сообществе. Чтобы понимать себя, нам необходимо постоянно исследовать свои внутренние переживания. Каждый раз, когда мы игнорируем собственные ранящие сигналы и сигналы других, каждый раз, когда мы игнорируем «призраков», мы совместно создаем пугающий мир и разрушаем свои собственные организации. До сих пор, большая часть работы с конфликтами основывалась на наших обычных состояниях сознания, где от людей обычно ожидают обходительного поведения. Именно поэтому такая работа с конфликтом редко бывает успешной. Дело в том, что мы редко бываем в обычных состояниях сознания в ситуациях обвинений и отплаты. Нас переполняют страх и гнев. Повышенной дисциплины и более строгого применения правил никогда не будет достаточно, чтобы справляться с проблемами нашего мира. Работа с конфликтами без рассмотрения измененных состояний сознания подобна уколу от гриппа для человека в маниакальном или депрессивном состоянии сознания. Метод глубинной демократии использует новую парадигму работы с большими группами, основанную на осознании потока сигналов и событий. При сосредоточении на едва заметных сигналах, указывающих на начало таких эмоций, как страх, гнев, безнадежность, а также других измененных состояниях сознания, даже, казалось бы, невозможные проблемы преобразуются в обогащающие общие переживания. В школах и организациях, общинах и правительствах люди могут использовать реальный метод разрешения конфликтов, создавая полные жизни, более устойчивые, осознанные сообщества».

Метод Открытых форумов

А.Минделл писал: «Если многоуровневые организации хотят познавать самих себя, им нужно использовать метод Открытых Форумов, чтобы понимать свои различные структурные элементы. Я определяю Открытые Форумы как структурированные демократические встречи людей лицом к лицу или в форме телеконференций, в которых каждый участник чувствует, что к его мнению прислушиваются. Кроме того, их фасилицируют глубинно демократическим образом, что означает также возможность выражения глубочайших чувств и грез. Открытый форум представляет для корпорации или большого города то же самое, что внутренняя работа для отдельного человека. Аналогия между внутренней работой человека и Открытым Форумом организации идет еще дальше. Точно так же, как ваше личное обучение зависит от того, насколько вы открыты к своим различным частям, чувствам, и фигурам сновидений, процесс самооткрытия организации зависит от открытости к разнообразию ее отдельных членов и разнообразию их внутренних и внешних миров. Осознание многообразия имеет много уровней: это внимание к культурам, возрастам, полам, расам, сексуальным ориентациям, религиям, экономическим положениям, должностям, способностям, а также к мировоззрениям и сновидениям. Процессуально-ориентированная работа с организациями основывается на осознании и выявлении всей полноты нашего разнообразия и сложности. Стимулируя осознание глубочайших чувств и коммуникативных сигналов каждого человека в сообществе, мы можем создавать ненасильственные прямые глубинные обмены между членами сообщества. Новые процедуры глубинной демократии приспособлены для работы с организациями не как с механическими сущностями, а как с живыми системами – будь то школы, фирмы или большие города. Большинство организационных и мировых лидеров, активистов и политиков мало обучены понимать людей и себя самих или помогать группам меняться. Именно из-за отсутствия сознательного руководства, организации, испытывающие неприятности, обращаются против своих затруднений и конфликтуют с конфликтом. Они считают существующий конфликт «неправильным». С процессуальными идеями дело обстоит иначе. Вместо того, чтобы руководствоваться парадигмой, осуждающей то, что происходит в данной конфликтной ситуации, и применять программы, методы и процедуры, которые неявным образом принижают вовлеченных в нее людей, процессуально-ориентированная организационная работа глубинной демократии открывает недостающую силу преобразования в самой напряженности и в поведении людей. В новой парадигме сам конфликт представляет собой самый быстрый путь к сообществу. Конфликт обладает самоисцеляющей силой. Одни лишь демократические методы, правила и законы не создают чувства сообщества. Правила и законы могут управлять механическими системами, но не людьми. Согласно новой парадигме, организации – это живые организмы, чья кровь состоит из чувств, убеждений и сновидений. Игнорирование течения этой «крови», т.е. текущих переживаний, не придает значения эмоциям и подавляет «фон сновидения» повседневной жизни школ, фирм и больших городов. Невнимание к фону группового сновидения, в конечном счете, подавляет нас. Когда «факты» становятся более важными, чем чувства и сновидения, мы начинаем становится равнодушными, скучать и теряем интерес к общественной жизни. Равнодушные участники ослабляют организации, ускоряя их крах, и они рушатся как пустые карточные домики. В сегодняшнем мире «хорошие» идеи не действуют без осознания коммуникации: каждый человек – планета взаимосвязей. Поэтому создание глубинной демократии имеет дело с членами общества не только как с отдельными локальными сущностями, но и как с чуткими взаимосвязующими духами времени, которые постоянно меняются. В каждой из наших точек зрения есть нечто глобальное и вечное. На самом деле, любая точка зрения – это в большей степени призрак, нежели факт. Все мы в то или иное время бывали свидетелями того, как над группами подобно духам витают такие роли, как «бунтарь» или «бессознательный лидер». Даже в серьезных ситуациях процессуально-ориентированные Открытые Форумы способны в игривой манере выявлять духов на заднем плане, показывая сообщество как глобальное сновидящее существо в процессе само-открытия. Воспринимая групповой процесс как учителя, каждый становится учеником и лидером. Использование осознания в группах дает нам возможность узнавать самих себя, какие мы есть. При наличии осознания мы имеем доступ не только к своим эмоциям, но и к отстраненности, дистанцированной рефлексии наблюдателя. Всякий, использующий свое осознание, чтобы входить в центр конфликта, по личному опыту знает, что возникающие эмоции не всегда бывают предсказуемыми. Использование осознания – это совершенно иная парадигма, чем использование правил и силы».

Расширение индивидуального сознания до пределов сознания группы

Обучаясь у А.Минделла «работе со сновидящим телом», его ученик В.Майков, по его словам, «впервые прикоснулся к метапсихотерапии и к отсутствию границ в процессуальном подходе глубинной демократии. Впервые осознал великое единство терапии, искусства и духовных практик в коллективном процессе «землетрясение». Тогда в Сан-Франциско только что произошло большое землетрясение, нам показывали обвалы, перекошенные дома, даже были жертвы. Это было весьма драматическое событие. Минделл предложил нам «поиграть» в землетрясение». Вроде бы детский сад, поиграть в игру? - скажите вы. «Мы выбрали себе роли, кто-то из нас был пострадавшим, один пострадал от этих событий, у другого разрушился дом, у третьего кто-то, может быть, погиб, кто-то получил травму. Минделл спросил: «Какие еще роли есть в землетрясении?». Конечно, есть «отцы города», служба спасения, врачи, пожарники, служба 911, полиция, мэр, администрация и т.д. «Какие еще существуют роли?» – спросил он опять. Очень важная роль играли люди, которые бьют тревогу, заботятся, предупреждают. Начался такой групповой процесс: кто-то спасал, кто-то страдал и т.д. Потом Минделл предложил нам поменяться ролями в зависимости от наших желаний. Каждый из нас прошел, прожил, пропустил через себя эти роли – и в конце концов возникло состояние потрясающего объемного понимания, какого-то такого потрясающего понимания трагедии землетрясения, мистерии землетрясения, понимание связи нас с Землей, всех людей, всех ролей, которые необходимы. Мы застыли в благоговении перед всеми этими силами. Затем мы встали, обнялись, стали покачиваться в едином ритме и вдруг запели какие-то волнообразные звуки, которые постепенно стали нашей общей песней. Результат был потрясающим: все происходящее сплотило нашу группу неким общим полем переживания, и мы чувствовали потрясающее очищение и катарсис».

Суть квантово-полевого подхода в процессуальной психологии

Подход Минделла – попытка добраться до целостности через то, что есть. Осознанность не нужно выращивать, она уже имеется в любой ситуации, и она совершенна. Только с точки зрения «нашего я», мы что-то развиваем, совершенствуем, обучаемся, проходим через психологические семинары, что-то делаем, читаем книги, работаем над собой, занимаемся медитациями, выполняем духовные практики, и, вроде бы, идет какое-то совершенствование. С точки же зрения «большого Я» все это не имеет никакого смысла, вся работа уже давно сделана, единственное, что нужно, – это просто по-настоящему расслабиться и оказаться в «большом Я», просто-напросто отбросить те барьеры, которые мешают нам жить в нем. Именно поэтому стратегия Минделла – это стратегия охотника, выслеживание всего, что проблематично, всего, где есть напряжение, всего того, что заигрывает с нами, что притягивает нас. Все, что каким-то образом существует в нашем мире в виде конфликта, в виде любых отношений – самых положительных, самых негативных, – это есть связь, и все это есть мы. По Минделлу, любой конфликт, любая проблема – это самая быстрая дорога к большей целостности. То, что с точки зрения «нашего я» является проблемой, например, люди, которые причиняют нам какое-то неудобство, болезни, невыносимые взаимоотношения («ты меня подавляешь», «мой шеф меня гноит», «этот человек постоянно сует мне палки в колеса»), с точки зрения расширенного осознания, «большого Я» – приглашение к тому, чтобы расти, знак того, что другая ситуация – это тоже «я». Это приглашение к росту, врата в большую целостность. В своей стратегии Минделл использует второе внимание, внимание охотника. На семинарах хорошо видно, как Арни входит в сновидящее тело. Для этого, как он сам говорит, надо «затуманиться», чтобы почувствовать тенденции, которые существуют в мире сновидений, в царстве грез, где нет уже четкой раскладки на меня и другой мир, и тогда становятся видны и чувствуются другие тенденции, другие ощущения, а затем идти еще глубже. А в последний годы Минделл призывал идти еще глубже и на еще более глубоком квантовом уровне, т.е. тем миром возможностей, откуда возникает вообще все, в том числе и страна грез, и откуда возникают наши миры переживаний, прочувствовать тенденции еще до того, как совершилось движение. Например, почувствовать очень точным, тонким отстраненным вниманием, какие тенденции к движению есть у руки, ноги, каких-то внутренних процессов. Или почувствовать, может быть, какой-то звук, который начинает бурлить, когда еще нет никакого звука. Затем, осмотревшись в этом мире, начать следовать этим первозданным тенденциям. Оказывается, на этом уровне, собственно говоря, и происходит реальная работа с проблемами и болезнями. Именно здесь работают прорицатели, ясновидцы, великие целители и шаманы. Если мы хотим узнать что-то о своей жизни, нужно, по совету Минделла из книги «Сновидения в бодрствовании», жить в осознаваемом сновидении двадцать четыре часа в сутки. Минделл же уверен, что мы «сновидим» в жизни непрерывно, стирая грань между сном и бодрствованием, то есть живем в «сновидящем теле», на более глубоком уровне. Жить в глубине – вот что такое осознаваемое сновидение по Минделлу. Тогда мы можем исцелять себя и других, можем на более высоком уровне работать с взаимоотношениями, потому что на этом уровне «рождается мир с его проблемами».

Антон Кравчик, кандидат философских наук, г.Хайфа, Израиль специально для "Слова"

 




Если вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.